Оппозиция с глянцем

 «Назначение российского «министерства выборов» – Центризбиркома – состоит в том, чтобы покрывать беззаконие. Для этого ему дано монопольное право на управление избирательным процессом. Будь иначе, главной жертвой Центризбиркома стала бы партия власти, потому что никто не нарушает выборное законодательство так последовательно и грубо как она. И видимое бездействие ЦИК – это, на самом деле, действие по ликвидации выборов. Какие же это выборы, если с самого начала известно, кто победит?».

Что это, откуда эта называющая вещи своими именами цитата? Это не «Новая газета», не «Русский Ньюсвик», не один из антипутинских интернет-порталов. Это вполне благопристойный и приличный глянцевый ежемесячный журнал «Все ясно». Наверняка большинство постоянных читателей оппозиционных сайтов в лучшем случае только видели такое название на газетных лотках. А, например, мужской журнал «Maxim», да-да, тот, что с полуголыми девицами, просто нашпигован язвительными намеками и шпильками в адрес правительства, а в ноябре вышел с откровенно фрондирующей надписью на обложке «для грузин» (обычно – «для мужчин»).

 И это правильно. Оппозиции давно следует проникать в глянец. Аудитория глянцевых журналов – вот единственная опора и почва для перемен в России, и она гораздо больше, нежели аудитория традиционных оппозиционных СМИ. И только там может произойти революция в сознании. Больше нигде она произойти не может.

До сих пор опорой для любой революции считался рабочий класс, угнетенный и бесправный. Пролетариат, которому нечего терять, кроме своих цепей. Все давно изменилось. Играть с огнем власти больше не хотят. «Голодные рабочие» на крупных предприятиях сегодня накормлены и неплохо зарабатывают. Зарплаты выше средних при восьмичасовом рабочем дне, об их многомесячных задержках уже забыли, соцпакет, путевки, премии… Условия труда далеки от тех, что были сто лет назад.

Безусловно, это касается не всех рабочих, но все-таки подавляющего большинства в крупных городах – потенциальных «колыбелях революции». Безусловно, рабочим все равно есть что требовать, однако это уже не требования спасения от голодной смерти. Рабочие уже обладают минимумом, позволяющим говорить о бедной, но стабильности. Поэтому им уже есть, что терять. Крестьянин же инертен и чересчур терпелив. 

    Офисный планктон – опора революции

Не ходите вы агитировать на заводы и верфи! А идите вы агитировать среди менеджеров низшего звена. Осуществляют революции самые неустроенные.

 Структура экономики в мире за последние 10-20 лет кардинально изменилась таким образом, что основой ее является уже не производство, а торговля и сфера услуг. Это доказывает, например, взгляд на структуру ВВП. Решающие доли в нем занимают именно эти отрасли, в то время как промышленное производство постепенно снижается. Ту роль, которую сто лет назад в экономике, а значит, и в структуре общества, играли рабочие, сегодня играет армия менеджеров. Менеджеры по продажам (то есть продавцы), по логистике, по рекламе, по чему угодно, «промоутеры» и «мерчендайзеры», агенты по продаже недвижимости и охранники маленьких лавок – офисный планктон. Молодой человек после вуза идет не на завод или фабрику, а в магазин техники, брокерскую контору, банк, куда угодно мелким клерком.

И эти многочисленные клерки имеют:

- маленькие зарплаты

- весьма туманные перспективы карьерного роста (количество мест с каждой микроскопической ступенькой иерархии уменьшается в геометрической прогрессии)

- практически полную незащищенность от произвола работодателя (едва не половина не имеет официального трудового оформления, а значит, не имеет вообще никаких прав),

- отсутствие социальных гарантий,

- никаких профсоюзов…

Короче, именно они сейчас находятся в нише «эксплуатируемого класса». В наиболее бесправном положении, как всегда, оказываются те, кто расположен на низших ступенях экономической «лестницы». Клерк молод, зол, голоден, энергичен. При всем при том устремления клерка далеки от революционных в классическом понимании этого слова. Сейчас тому есть простое объяснение – выросло первое поколение постсоветской России, которое добилось благополучия честным путем. Пресловутый «шестисотый мерседес», еще недавно атрибут рэкетиров и прочих бандитов, теперь можно взять в кредит, хоть бы и лет на пять. Да что там, доступны и более современные автомобили. Квартиру можно взять в кредит – пока неподъемный камень ипотеки с невероятной натугой уже сдвигается с мертвой точки. Получая всего тысячу долларов, уже можно позволить себе кое-что, и одежду, и технику, и развлечения. И всегда есть возможность чуть-чуть продвинуться вперед и заработать немного больше.

Офисный планктон молится золотому тельцу. Он спешит зарабатывать и потребить, опьяненный запахом денег. Он верит, что заработает. Пока у него нет времени и сил интересоваться политикой: он работает.

Пройдет время. Появятся ипотечные кредиты под 2-3% годовых. Эти подрастающие волки, наконец, заработают себе на жизнь. Набьют брюхо плодами капитализма. А главное – поймут, что это заработанное у них не отнимут. (Для того чтобы отняли, надо быть олигархом, к тому же мятежным. А мы говорим о среднем классе, о буржуазии). И тогда они оглянутся вокруг.

Существует так называемая пирамида Маслоу, пирамида потребностей человека. Упрощенно говоря, на низшей ее ступени стоит удовлетворение физиологических потребностей, на верхней – потребность в самовыражении, то есть высшие, нематериальные, ценности. Человеку не до свободы, когда он голоден. Набив брюхо, он обязательно захочет прав и свобод. Когда он почувствует и поймет, что он сам, без помощи государства, обеспечивает свою жизнь, ему захочется самостоятельно и распоряжаться своей жизнью, во всех ее аспектах.

 Революция не будет пролетарской. Для революции пролетарской страна должна подыхать от голода. А власти извлекли кое-какие уроки из истории и научились подкармливать рабочих до той степени, чтобы держать в узде их настроения, и умело выпускать пар. Но эта узда – все равно узда, поводок государства. Чтобы сбросить ее, нужен альтернативный механизм существования без этого поводка в принципе, иначе он будет становится все короче и короче. То есть с минимальным участием государства. И тогда власть уже не будет казаться сакральной. Тому примеры – Северная Корея, Китай, Куба, где доведенные до крайней бедности люди все же не рискуют на революцию. В ней просто нет смысла, так как нет иных способов жизни. Да и сегодняшняя Россия отчасти подтверждает этот пример. Они не будут протестовать, потому что толком не знают, чего требовать.

Революция в России будет буржуазной и либеральной. Это будет не бунт, а ползучая революция в сознании людей. Все революции в истории, включая Февральскую 1917 года, были революциями буржуазными, а вот попытки их подавить приводили уже к пролетарской. По той причине, что людям просто захочется свободы. Потому что всегда хочет свободы человек, у которого появилось чувство собственного достоинства и собственной значимости. На этом умело играет власть, пытаясь укорачивать поводок, но бесконечно это делать не получится. Они заинтересуются политикой. И вот тогда, и только тогда они добьются и профессиональной армии (пусть не профессиональной, это вопрос дискутируемый, но, по крайней мере, достойной), и независимых судов, и внятной системы налогообложения и всего остального, так как сами, по доброй воле, будут содержать эти институты на налоги. Тогда можно будет говорить о реальном договоре между людьми и государством. И вот тогда рухнет и самовластье президента, и самодурство чиновников, и система пробирочных партий. 

    Другого нет у нас пути

Не так давно я общался со своим другом, как раз типичным представителем офисного планктона, брокером, жителем уэльбековского мирового супермаркета. «Леша, – сказал я ему. – Как ты думаешь, что должно произойти, как должны закрутить гайки, чтобы вот ты и твои коллеги реально зашевелились бы?». Он подумал и ответил: «Нет, сейчас все нормально. А вот если бы, например, выезд за границу ограничили, вот тогда – да, тогда бы вся масса клерков, которых лишили бы возможности отдыхать в Турции и Египте, точно пришла бы в крайнее возмущение».

А между тем, свободный выезд за границу – это большое достижение для России. Всего каких-то 25 лет назад это было возможно либо в составе ограниченного контингента, либо в составе делегации в сопровождении сотрудника в штатском. Это плод свободы – идите, отберите у людей этот плод, попробуйте! Ни за какую социальную подачку люди не будут биться так, как за свободу. Просто пока достаточный человеку уровень свободы еще низок, он ограничивается свободой перемещений, так сказать, «второй уровень» свободы. Да нет, не «пока», а по сравнению с 80-ми «уже»! А потом дело обязательно дойдет и до повышения планки до нужды в свободах политических. Как ни крути, свобода есть высшая ценность у человека.

Российские власти стоят ногами на двух стремительно разъезжающихся стульях. С одной стороны, медленный, но неукоснительный рост благосостояния людей – прямая дорога к буржуазной революции. С другой стороны, резкое его пресечение путем закручивания гаек сверх меры может привести к социальному взрыву почище монетизации льгот. С гораздо более болезненными для страны последствиями – просто потому, что активная молодежь не будет греметь кастрюлями на улицах. Она, недолго думая, просто начнет покидать Россию, и Путин со своими преемниками останется наедине со стремительно вымирающий страной стариков. А концлагерь с тотально закрытыми границами не нужен никому, даже нынешним властям, иначе он рванет точно так же, как рванул Союз. Так что другого выхода у нас нет. Альтернатива – бунт люмпенизированного быдла. Он будет жесток, бессмысленен и беспощаден. 

    Михаил Шевчук, корреспондент ИД «КоммерсантЪ» специально для "АПН Северо-Запад"